Политика

Новую холодную войну США начали против Китая

Опубликовано: 14.01.2019, 16:55         Просмотров: 645

США и Китай будут соперничать десятилетиями. Но Вашингтон победит, если будет более терпеливым, чем Пекин.Еще в 2005 года СМИ размещали материалы о том, что определяющим фактором XXI века станет борьба США и Китая, что Китай окажется более грозным противником, чем была в свое время Россия.

И вот этот прогноз начинает сбываться. И этой борьбой является не что иное как новая холодная война: бесконечные взломы Китаем записей техобслуживания военных кораблей, данных Пентагона и т. д. представляют собой самую настоящую войну, которая проводится несколько иными средствами.

Эта ситуация продлится десятилетия и она будет только ухудшаться, независимо от того, будет ли заключена торговая сделка между улыбающимися президентами Китая и Америки. Длительность новой холодной войны определяется множеством факторов, которые уже понимают генералы и стратеги, но которые представители делового и финансового сообщества, населяющие Давос, по-прежнему отрицают.

Учитывая, что отношения между США и Китаем являются наиболее важными в мире, холодная война между этими странами — негативный фактор в геополитике, с которым рынкам придется считаться. Едва ли противоречиями между США и Китаем можно управлять посредством переговоров, вряд ли их можно будет когда-нибудь смягчить.

Китайцы настроены вытеснить военно-морские и воздушные силы США из западной части Тихого океана, американские военные намерены оставаться на месте. Китай воспринимает Южно-Китайское море также, как американские стратеги воспринимали Карибское море в XIX и начале XX веков: расширение своей территории на континентальной суши в водах, контроль над которыми позволяет вывести военно-морской и морской флот в Тихий океан и Индийский океан, а также смягчить настроения Тайваня. Доминирование над Карибским морем позволило США контролировать Западное полушарие и влиять на баланс сил в Восточном полушарии в двух мировых войнах и холодной войне.

Однако американцы не отдадут западную часть Тихого океана. Военное ведомство США считает США тихоокеанской державой: открытие Мэтью Перри Японии для торговли в 1853 году, покорение Америки и оккупация Филиппин с 1899 года, кровавые высадки морской пехоты на тихоокеанские острова во Второй мировой войне, поражение и восстановление Японии после Второй мировой войны, войны в Корее и Вьетнаме, текущие соглашения Вашингтона по альянсу, простирающиеся от юга Японии до Австралии.

Министерство обороны США больше напугано китайской угрозой, чем российской. Оно считает, что Китай может догнать и обогнать США в том, что касается сетей 5G и цифровых систем.

Отказ США отдать территорию с водами Китаю отстаивают либеральные ястребы, которые будут составлять азиатские портфели любой новой демократической администрации, не говоря уже о республиканцах — и за, и против президента Дональда Трампа. Так называемые неоизоляционисты выступают за вывод американских сухопутных войск с Ближнего Востока, что может укрепить позиции США против Китая.

А что касается левых демократических прогрессистов, когда речь идет о жесткой позиции по торговым переговорам с Китаем, они не далеко ушли от экономических советников Трампа. Кандидат от Демократической партии Хиллари Клинтон публично отказалась от соглашения о свободной торговле в рамках Транстихоокеанского партнерства на фоне давления со стороны ее собственной партии.

Дело в том, что когда президент Ричард Никсон отправился в Китай в 1972 году, политика США в отношении Тихого океана была последовательной, независимо от того, какая партия возглавляла Белый дом, и разворот против Китая был двухпартийным. Таким образом, вряд ли на него можно будет повлиять импичментом или президентскими выборами.

Что касается торговых переговоров, то трампстеров и демократов раздражает то, как Китай ведет бизнес: кража интеллектуальной собственности, приобретение смарт-технологий посредством выкупа бизнеса, слияние государственного и частного секторов, чтобы их компании получали несправедливое преимущество, манипулирование валютой и так далее. Торговые переговоры никогда не смогут изменить эти факторы. Поскольку экономическая напряженность в отношениях с Китаем не снизится, все это только усугубит военную напряженность. С ослаблением либерального миропорядка началась эра геополитического соперничества, а торговая напряженность является лишь дополнением к нему.

Чтобы понять, что происходит, нужно прекратить искусственно разделять торговую и военную напряженность между США и Китаем.
Есть также идеологический аспект этой новой холодной войны. В течение нескольких десятилетий головокружительное развитие Китая воспринималось в США положительно, американским бизнес-сообществом легко допускался просвещенный авторитаризм Дэн Сяопина и его преемников. Но при Си Цзиньпине авторитаризм Китая стал жестким.

Вместо группы харизматичных технократов, правление которых было ограничено условиями выхода на пенсию, в Китае теперь пожизненно правящий президент с культом личности, который контролирует мысли населения с помощью цифровых средств и систем, распознающих лица и отслеживающих действий граждан в интернет-поисках. Это жутко, и это отталкивает американских лидеров обеих партий. Идеологическое разделение между американской и китайской системами такое же огромное, как и разрыв между американской демократией и советским коммунизмом.

Кроме того, технологии лишь усугубляют этот конфликт, а не смягчают его. Поскольку США и Китай теперь действуют в одной и той же цифровой экосистеме, впервые в истории возможны войны за интеграцию, в которых Китай может вторгаться в американские деловые и военные сети, США могут вторгаться в их сети. Великий Тихий океан больше не является барьером, каким он был когда-то. В более широком смысле слова, именно успех десятилетий капиталистического и псевдокапиталистического экономического развития во всем Тихом океане позволил накопить богатство, необходимое для участия в гонке вооруженных и кибервооружений. Новый век войны был бы невозможен без предшествующего ему экономического процветания: стакан наполовину пуст, потому что он наполовину полон.

Хорошей новостью является то, что все это, скорее всего, не выльется в кровопролитную войну. Плохая новость – такое развитие событий вполне возможно. Шансы значительно выросли. Это обусловлено не только знаменитой фукидидовой парадигмой страха, чести и интереса, но и тем, насколько эмоционально китайцы смогут справиться с такой проблемой, как Тайвань, и насколько легко авиационные и морские инциденты выйдут из-под контроля. Чем больше страны борются за торговлю и чем ближе китайские и американские военные корабли подходят друг к другу в Южно-Китайском море, тем меньший контроль над событиями будет у обеих сторон. Конфликт в Южном или Восточно-Китайском море повлияет на мировую финансовую систему гораздо сильнее, чем крах Ирака, Сирии, Ливии или Йемена.

То, что удерживало холодную войну от эскалации, это страх водородных бомб. Это имеет гораздо меньше отношения к новой холодной войне. Применение ядерного оружия и эпоха его испытания в атмосфере все больше стирается из памяти, политики с обеих сторон все менее испуганы таким оружием, чем их предшественники в 1950-х и 1960-х годах. В новую эпоху высокоточного оружия и потенциально массовых кибератак значительно расширились масштабы ведения неядерной войны. Война великой державы теперь может вестись не так как это было во время первой холодной войны.

Чего действительно стоит бояться, так это не растущего, а падающего Китая. Китай, с его замедляющейся экономикой и растущим средним классом с совершенно новой категорией потребностей — это Китай, который может столкнуться с еще большей социальной и политической напряженностью в следующем десятилетии. Это заставит руководство Китая еще больше разжигать национализм как средство социальной сплоченности. Для скептиков, особенно в мировом бизнес-сообществе, моря Южного и Восточного Китая не несут такого значения, какое они несут для китайцев, для которых Южно-Китайское море является священной территорией. И единственный факт, который мешает Китаю стать еще более агрессивным в Восточно-Китайском море, — это страх, что Япония может победить его в открытом конфликте. Это так сильно унизит руководство Пекина, что поставит под вопрос стабильность самой Коммунистической партии. Таким образом, Китай будет ждать несколько лет, пока не превзойдет Японию в военно-морском и авиационном плане.

Во второй половине XX века у США и СССР были экономики, гораздо лучше защищенные от дестабилизирующих сил глобализации, чем экономики США и Китая сейчас. Именно комплекс военной, торговой, экономической и идеологической напряженности в сочетании с дестабилизацией, вызванной цифровыми технологиями, создали неспокойный цикл отношений между США и Китаем.

Геополитическая проблема первой половины XXI века очевидна: как не допустить эскалации американо-китайской холодной войны.
Предотвращение войны означает усиление дипломатии не только со стороны госдепартамента, но и со стороны Пентагона — американские генералы встречаются с китайскими генералами, чтобы создать сеть отношений, которые напоминают отношения времен старой холодной войны. И дипломатия должна избегать соблазна скатывания американо-китайских отношений к одной спорной теме, будь то торговля или Южно-Китайское море. При активной игре в торговлю общественная риторика будет оставаться спокойной и аргументированной.

Настоящим врагом в этом соревновании становится страсть, потому что страсть заставляет утверждать статус, который часто является основным источником войн. И это означает концепцию американского дипломата Джорджа Кеннана: будь бдителен, но всегда готов идти на компромисс по отдельным вопросам и кризисам. Китайская система, чем более авторитарной она становится, со временем будет более склонна к краху, чем американская.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.



Комментарии (0)

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*
*
Website